Интервью журналу "Locus"


Литературный дебют Робин Хобб состоялся в 1985 году. Первая её книга - "Ученик Убийцы" - стала началом трилогии, получившей название "Сага о Видящих". Второй и третьей книгами трилогии стали "Королевский Убийца" (1996) и "Странствия Убийцы" (1997). Хобб - псевдоним, выбранный Мэган Линдхольм, чтобы начать карьеру в другом для неё стиле. Книги Хобб были хорошо встречены как читателями, так и критиками, и по продажам превосходили книги, написанные под псевдонимом Мэган Линдхолдьм.

«...Моя карьера под именем Меган Линдхольм продвигалась вполне успешно, если смотреть на положительные отзывы критиков, но продажи книг шли не особенно хорошо. А это означает, что и авансы издательств были не особенно хороши. Большая часть книг уходит по заказам крупных магазинов, которые ориентируются на результаты продаж предыдущих книг. И если они продали семнадцать экземпляров книги, а заказ делается партиями по пятнадцать копий, то в следующий раз они закажут пятнадцать. В итоге, с течением времени продажи уменьшаются, вместо того, чтобы возрастать. И вместо того, чтобы определять тиражи новых книг по результатам продаж старых, написанных по именем Меган Линдхольм, я взяла новый псевдоним и избавилась от влияния прошлого.

Этот цикл тоже вызревал у меня несколько лет прежде, чем я приступила к его написанию. Все началось с вопроса, написанного на клочке бумаги, который я держала в верхнем ящике письменного стола: «Что, если бы магия вызывала привыкание? И что, если бы привыкание вело к разрушению или вырождению?» Вот оттуда практически все и выросло. В фэнтези очень часто встречается идея о том, что за могущество или магию приходится как-то платить. Так что мысль о том, что она может привести к физическому вырождению или привыканию, когда, как и во “Властелине Колец”, вы начинаете с желания использовать кольцо для того, чтобы делать людям добро, но постепенно оно захватывает власть над вами, - очень старая мысль. Из этого-то зародыша постепенно и выросла вся вещь. Из него, да еще из искушения, которое, думаю, испытывает каждый пишущий в жанре фэнтези: посмотреть, сможешь ли ты взять все до единого жанровые клише - драконов, эльфов, волшебников, незаконнорожденных принцев и наследственную магию - освободить их и заставить заработать снова. И, думаю, я обработала их там немало!..

Второй цикл из трех книг (я бы не стала называть его трилогией), который я сейчас пишу, называется “The Liveship Traders”. Он продолжает знакомить читателя с этим миром, необходимым образом опираясь на первые книги. Я сомневаюсь, возможно ли написать три романа о том же мире и никак не связать их с тремя предыдущими книгами. Но в каждом томе есть что-нибудь новое. Использование общего мира не означает, что нужно обязательно ограничиваться одним типом книг или одними персонажами. Авторы мейнстрима все пишут о нашем, так называемом “реальном” мире, но, очевидно, они далеки от мысли, что пишут одну и ту же книгу лишь потому, что их романы основаны на общей реальности. Фэнтези в этом отношении ничуть не хуже.

Любой писатель, когда-либо сидевший и подписывавший свои книги, скажет вам, что одни читатели терзают его сотнями вопросов, а другие - вы узнаете их, когда они еще только подходят, чтобы подписать свой экземпляр книжки, - иногда даже сами толком не знают, зачем пришли, и не уверены, что хотят встретиться лично с вами: ведь многое из того, что нравится им в книге, может быть испорчено этой встречей, и они уже не смогут получить такое удовольствие от этой книги. Это все равно как если вы смотрите захватывающий спектакль, а потом герои выходят и раскланиваются, и вы осознаете, что они - актеры; или в кукольном театре, когда кто-то случайно высовывается из-за задника, и вы понимаете, что вот они, те, кто движет всем действом. Не знаю, хорошо ли это - слишком далеко высовываться из кулис.

Вы знаете, что Мэган Линдхольм - такой же псевдоним, так? Кто-то мне сказал, что это оттого, что я не чувствую привязанности к своему настоящему имени. В некотором смысле, это - не псевдоним, потому что это - моя девичья фамилия, но это - шаг далеко в сторону от повседневной жизни. Мое законное имя - Маргарет Огден. Дома, я - “Мама”, а посторонние называют меня “мамой Рут”...»

Copyright © Сrash, 2004-2006.